Художник северного ренессанса подписывал свои картины знаком крылатая змея

великих художников

художник северного ренессанса подписывал свои картины знаком крылатая змея

Ответ на вопрос: Этот художник северного ренессанса подписывал свои картины знаком крылатая змея дракон. Этот художник Северного Ренессанса подписывал свои картины знаком « крылатая змея» (дракон). А) П. Брейгель Ст. В) Л. Кранах Ст. С) Я. ванн Эйк. Этот художник Северного Ренессанса подписывал свои картины знаком крылатая змея (дракон). А) П. Брейгель Ст. В) . С) Я. ванн.

Ему была свойственна большая внутренняя сосредоточенность. Все созданное им — плод глубокого раздумья. Окружающих поражало, что Рублёв подолгу, пристально изучал творения своих предшественников, относясь к иконе как к произведению искусства.

После расчистки этой иконы стало понятно, почему Стоглавый собор постановил писать этот образ только так, как его писал Рублёв. Только тогда начались поиски других произведений художника. По всей вероятности, в юности Андрей был послушником этого монастыря, а потом принял сан монаха.

Во время Куликовской битвы в году Рублёв уже входил в княжескую артель мастеров, которая переходила из города в город и занималась строительством и украшением церквей. В то время на Руси возводилось много церквей, в каждой из которых должны были работать иконописцы. Невозможно последовательно проследить творческий путь Рублёва, потому что древнерусские художники-иконописцы никогда не подписывали и не датировали свои работы.

Дошедшие до нас исторические свидетельства о жизни и творчестве Андрея Рублёва крайне бедны хронологическими данными и во многом противоречат друг другу. Бесспорны лишь два сообщения, фигурирующие в летописях под и годами. Об этом пишет и В. Надо видеть в оригинале эти серебристо-зеленые, малахитово-зеленые, фисташковые и белые тона, тонко гармонирующие с ударами розовато-лилового, розовато-красного и золотистой охры, чтобы по достоинству оценить исключительный колористический дар художника.

Это название рукопись получила по имени боярина, которому она принадлежала в XVII веке. Рукопись выделяется безупречностью выполнения. Миниатюры, заставки, фигурки зверюшек-букв — это особый мир, где все живет, все одухотворено. Здесь много выдумки, юмора, все проникнуто глубоко народным простодушием, каким овеяны наши русские сказки. Мягко вьются линии орнаментов, напоминающие стебли трав, формы листьев, цветов.

Ощущение радости и непринужденности создают легкие, светлые краски: Снова, как в иконе "Преображение", мотив круга имеет определяющее композиционное значение. Во втором сообщении года говорится о том, что мастера Даниил Черный и Андрей Рублёв отправлены расписывать Успенский собор во Владимире: Владимирский Успенский собор особо почитался в Древней Руси, и великие князья московские не переставали заботиться о его убранстве.

Так произошло и в году, когда великий князь Василий Дмитриевич, сын Дмитрия Донского, повелел заменить новыми фресками утраченные части его росписей XII века. Сохранившиеся фрески представляют фрагмент грандиозной композиции Страшного суда, занимавшей западную стену храма. Анализ стилистических особенностей помог ученым определить группу изображений, принадлежащих Рублёву: Юношески прекрасен трубящий ангел, вдохновенно решителен Петр, увлекающий праведников в рай.

Трактовка сцены Страшного суда, ее эмоциональный настрой необычны: Сама фигура отличается изяществом и легкостью, она невесомо парит в пространстве. Лицо ангела решительно непохоже на принятый в церковной иконографии тип. Художник повернул его голову почти в профиль, и это придает ему необычный в практике церковной живописи облик. В нем есть и изящество, и возбуждение, и почти кокетливая улыбка на устах.

Древнерусский мастер достигает здесь выражения той ступени самостоятельности человека, которая в то время была чем-то неслыханным. В них Рублёв обобщил размышления своих современников о моральной ценности человека. Время создания этого иконостаса точно не известно.

Сейчас от росписей в соборах сохранились только фрагменты, а из икон дошли лишь три. Они были обнаружены в году советскими реставраторами. Внешний и внутренний облик "Спаса" глубоко национален. Он полон энергии, внимания, благожелательности… "Апостол Павел" дан художником как сосредоточенный философ-мыслитель.

Широко и мягко очерчена его фигура. Полны сдержанного звучания серовато-сиреневые с голубым тона его одежд… Совсем другой замысел лег в основу нежного образа "Архангела Михаила". В нем Рублёв воспел тихое, лирическое раздумье поэта.

Как плавны очертания задумчивой фигуры архангела, сколько юной прелести в округлости его лица, как тонко отражают розовые и голубые тона его одежд светлый мир его чувств! Не сумев взять Москву, татары сожгли множество городов, и в том числе Троицкий монастырь.

Настоятелем монастыря был игумен Никон. Он с большим рвением принимается за восстановление и украшение монастыря. На месте деревянного храма возводится в — годах белокаменный. Эти работы Рублёва относятся к — годам. Линии крыльев и одежд перетекают одна в другую, как мелодии, и рождают чувство равновесия и радостного покоя. Особо поражает общая светозарность иконы. Художник нашел идеальные пропорции не только в решении фигур композиции.

Совершенны также отношения светлых тонов, не вступающих в борьбу с контрастными темными цветами, а согласно и тихо поющих с ними гимн радости бытия. Это мерцание цвета позволяет художнику достичь поистине симфонического звучания оркестра красок палитры. Чуть-чуть поблескивает стертое старое золото на темном от времени левкасе.

Мудрое переплетение форм, силуэтов, линий, прочерков посохов, округлости крыльев, падающих складок одежд, сияющих нимбов — все это вместе со сложной мозаикой цвета создает редкую по своеобразию гармонию, благородную, спокойную и величавую. И только два черных квадрата на фоне — вход в дом Авраамов — возвращают нас к сюжету Ветхого завета. Вскоре после завершения работ в Св. Троице, по-видимому, умер Даниил, похороненный в Троице-Сергиевом монастыре.

Если верить Епифанию Премудрому, Рублёв принимал участие не только в росписи церкви Спаса, но и в ее построении. Эта церковь была возведена около — года. Вероятно, ее фрески были написаны в — годах.

Рублёв скончался 29 января года в Андрониковом монастыре в Москве, который сейчас носит его имя. В году, году тысячелетия крещения Руси, Русская православная церковь причислила Рублёва к лику святых. Он стал первым художником, который был канонизирован христианской церковью. Такую же восторженную оценку дал через полтора века голландский живописец и биограф нидерландских художников Карел ван Мандер: О жизни и деятельности художника сохранилось очень мало документальных сведений.

Ян ван Эйк родился в Маасейке между и годами. Для него художник выполнял работы для дворца в Гааге. С по год он был придворным художником бургундского герцога Филиппа Доброго в Лилле. Нередко Ян ван Эйк по заданию Филиппа Доброго выполнял сложные дипломатические поручения.

Сведения, сообщаемые хроникерами того времени, говорят о художнике как о разносторонне одаренном человеке. Эксперименты художника в области технологии масляных красок говорят о познаниях в химии. Его картины демонстрируют обстоятельное знакомство с миром растений и цветов. Существует много неясностей в творческой биографии Яна.

Главное — это взаимоотношения Яна с его старшим братом Хубертом ван Эйком, у которого он учился и вместе с которым выполнил ряд произведений. Идут споры по поводу отдельных картин художника: Творчество Яна и Хуберта ван Эйков многим обязано искусству иллюстраторов братьев Лимбургов и алтарного мастера Мельхиора Брудерлама, которые работали при бургундском дворе в начале XV века в стиле сионской живописи XIV века.

Ян развил эту манеру, создав на ее основе новый стиль, более реалистический и индивидуальный, возвещавший о решительном повороте в алтарной живописи Северной Европы. По всей вероятности, Ян начал свою деятельность с миниатюры. На одном из них изображены святой Юлиан и святая Марта, перевозящие Христа через реку. Правдивые изображения различных явлений действительности встречались в нидерландской миниатюре и до ван Эйка, но раньше ни один художник не умел с таким искусством объединять отдельные элементы в целостный образ.

В году ван Эйк поселился в Брюгге, где стал придворным живописцем, а также художником города. А через год художник завершил свой шедевр — Гентский алтарь, большой полиптих, состоящий из 12 дубовых створок. Работу над алтарем начал его старший брат, но Хуберт умер в году, и Ян продолжил его. Красочно описал этот шедевр Э. Христос родился и умер. Хотите знать, каким образом Ян ван Эйк — не как иллюстратор молитвенника, а как живописец — пластически передал это великое таинство? Обширный луг, весь испещренный весенними цветами.

Красивыми струями вода падает в мраморный бассейн. В центре — алтарь, покрытый пурпурной тканью; на алтаре — Белый агнец. Вокруг гирлянда маленьких крылатых ангелов, которые почти все в белом, с немногими бледно-голубыми и розовато-серыми оттенками. Большое свободное пространство отделяет священный символ от всего остального. На лужайке нет ничего, кроме темной зелени густой травы с тысячами белых звезд полевых маргариток.

На первом плане слева — коленопреклоненные пророки и большая группа стоящих людей.

художник северного ренессанса подписывал свои картины знаком крылатая змея

Тут и те, кто уверовал заранее и возвестил пришествие Христа, и язычники, ученые, философы, неверующие, начиная с античных бардов и до гентских бюргеров: Мало жестов и мало позы. В этих двадцати фигурах — сжатый очерк духовной жизни до и после Христа. Первый план справа, уравновешивающий эту группу в той нарочитой симметрии, без которой не было бы ни величия замысла, ни ритма в построении, занят двенадцатью коленопреклоненными апостолами и внушительной группой истинных служителей Евангелия — священников, аббатов, епископов и пап.

Безбородые, жирные, бледные, спокойные, они все преклоняются в полном блаженстве, даже не глядя на агнца, уверенные в чуде. Они великолепны в своих красных одеждах, золотых ризах, золотых митрах, с золотыми посохами и шитыми золотом епитрахилями, в жемчугах, рубинах, изумрудах. Драгоценности сверкают и переливаются на пылающем пурпуре, любимом цвете ван Эйка.

Отсюда, слева, выходит длинное шествие Мучеников, а справа — шествие Святых жен, с розами в волосах и с пальмовыми ветвями в руках. Они одеты в нежные цвета: Нет ничего более изысканного, чем эффект двух отчетливо видимых вдали торжественных процессий, выделяющихся пятнами светлой или темной лазури на строгом фоне священного леса.

Это необычайно тонко, точно и живо. Еще дальше — более темная полоса холмов и затем — Иерусалим, изображенный в виде силуэта города или, вернее, колоколен, высоких башен и шпилей. А на последнем плане — далекие синие горы. Небо непорочно чистое, как и подобает в такой момент, бледно-голубое, слегка подцвечено ультрамарином в зените. В небе — перламутровая белизна, утренняя прозрачность и поэтический символ прекрасной зари.

Вот вам изложение, а скорее искажение, сухой отчет о центральном панно — главной части этого колоссального триптиха. Дал ли я вам о нем представление?

Ум может останавливаться на нем до бесконечности, без конца погружаться в него и все же не постичь ни глубины того, что выражает триптих, ни всего того, что он в нас вызывает. Мадонна сидит в обыкновенной комнате и держит на коленях ребенка, листающего книгу. Фоном служат ковер и балдахин, изображенные в перспективном сокращении. Георгию, что почти касается белыми одеждами ее красного плаща и рыцарских доспехов легендарного победителя дракона. Любимов не скрывает своего восхищения: Как выразительны, как значительны черты коленопреклоненного канцлера Бургундии!

Что может быть великолепнее его облачения? Кажется, что вы осязаете это золото и эту парчу, и сама картина предстает перед вами то как ювелирное изделие, то как величественный памятник.

Недаром при бургундском дворе подобные картины хранились в сокровищницах рядом с золотыми шкатулками, часословами со сверкающими миниатюрами и драгоценными реликвиями.

Вглядитесь в волосы мадонны — что в мире может быть мягче их? Ян ван Эйк был также замечательным новатором в области портрета.

Он первый заменил погрудный тип поясным, а также ввел трехчетвертной поворот. Он положил начало тому портретному методу, когда художник сосредотачивается на облике человека и видит в нем определенную и неповторимую личность. По замыслу оно не имеет аналогов в XV веке. Итальянский купец, представитель банкирского дома Медичи в Брюгге, изображен в брачном покое с молодой женой Джованной Ченами.

Не отступая от системы своего искусства, Ян ван Эйк находит пути к косвенному, обходному выражению проблем, осознанная трактовка которых наступит только два века спустя. В этой связи показательно изображение интерьера. Он мыслится не столько частью вселенной, сколько реальной, жизненно-бытовой средой. Еще со времен Средневековья удерживалась традиция наделять предметы символическим смыслом. Так же поступил и ван Эйк. Имеют его и яблоки, и собачка, и четки, и горящая в люстре свеча. Но ван Эйк так подыскивает им место в этой комнате, что они помимо символического смысла обладают и значением бытовой обстановки.

Яблоки рассыпаны на окне и на ларе подле окна, хрустальные четки висят на гвоздике, отбрасывая словно нанизанные одна на другую искорки солнечных бликов, а символ верности — собачка таращит пуговичные. Портрет четы Арнольфини является примером и гениальной гибкости системы ван Эйка и ее узких рамок, за пределы которых интуитивно стремился выйти художник.

Хотя масляные краски употреблялись уже в XIV веке, но ван Эйк, по всей вероятности, создал новую смесь красок, возможно, темперы с маслом, благодаря которой достиг невиданной дотоле светоносности, а также лак, придающий картине непроницаемость и блеск. Эта смесь позволяла также смягчать и нюансировать цвета. В искусстве ван Эйка новая техника служила исключительно продуманной композиции, позволяющей передать единство пространства.

Художник владел перспективным изображением и, соединяя его с передачей света, создавал пластический эффект, до тех пор недостижимый. Ван Эйк считается одним из самых значительных художников своего времени.

Он положил начало новому видению мира, воздействие которого простирается далеко за пределы его эпохи. Художник умер в Брюгге в году. В эпитафии ван Эйка написано: Не будет преувеличением сказать, что наряду с архитектором Брунеллески и скульптором Донателло Мазаччо дал решающий импульс развитию ренессансного искусства. Мазаччо продолжил художественные искания Джотто. Отец, молодой нотариус Джованни ди Моне Кассаи, умер, когда мальчику исполнилось пять лет.

Мать, мона Джакопа, вскоре вторично вышла замуж за пожилого состоятельного аптекаря. Томмазо и его младший брат Джованни, ставший впоследствии также художником, жили с семьей в собственном доме, окруженном небольшим участком земли. Свое прозвище Мазаччо от итальянского — мазила он получил за беспечность и рассеянность.

Совсем молодым Мазаччо переехал во Флоренцию, где учился в одной из мастерских. В цех врачей и аптекарей, к которому были приписаны также живописцы, он вступил 7 января года. Еще через два года его приняли в товарищество живописцев св. Уже здесь он смело ставит те проблемы композиция, перспектива, моделировка и пропорции человеческого теланад решением которых будут работать художники на протяжении всего XV столетия.

Его части ныне рассеяны по музеям и собраниям разных стран мира. Невиданной новизной отличалась эта сцена, передававшая реальное событие в знакомой всем части Флоренции, с массой реальных персонажей, портреты которых были даны среди участников торжества.

В ней не было украшенности, развлекательности, чуждых строгому стилю Мазаччо. Стрельчатое обрамление срезает по бокам верхние части трона, создавая иллюзию открывающегося за аркой пространства, в глубину которого отступает золотой фон.

Мадонна сидит тяжело и прочно. Сильного поворота фигуры вправо, выступающих вперед широко расставленных колен, рук, склоненной головы достаточно, чтобы почувствовать трехмерность фигуры и место, занимаемое ею в трехмерной среде. Так же пространственно дан обнаженный младенец на ее колене. Здесь в году Мазолино начал роспись капеллы, расположенной в правой части трансепта. Затем работу продолжал Мазаччо, а после его смерти, много лет спустя, закончил Филиппино Липпи.

Нагие тела Адама и Евы не только анатомически правильны, но и движения их естественны, позы выразительны. Никогда прежде грехопадение прародителей рода человеческого не было показано столь волнующе и драматично.

Три различных момента евангельской легенды объединены здесь в одной сцене. В центре большой ярко освещенной группы апостолов — широкоплечих, массивных фигур простых и мужественных людей из народа — стоит Христос в розовом хитоне и синем плаще.

Спокойным и величественным жестом руки он умиротворяет спор, возникший между апостолом Петром и сборщиком городской подати, который изображен спиной к зрителю в живой и естественной позе, отчего его диалог со св. Петром — разгневанным могучим старцем — приобретает жизненную убедительность. В глубине слева, у озера, изображен тот же апостол, по велению Христа достающий из пасти пойманной рыбы статир монету. Вручение монеты сборщику изображено в правой части фрески.

Готическая отвлеченность, свойственная многим итальянским мастерам конца XIV — начала XV века, была наконец преодолена в этих композициях. Есть кадастровое свидетельство от июля года. Из него можно узнать, что Мазаччо весьма скромно жил с матерью, снимая помещение в доме на Виа деи Серви. Он держал лишь часть мастерской, деля ее с другими художниками, имел много долгов. В году, не завершив роспись капеллы Бранкаччи, художник уезжает в Рим.

Вероятно, его призвал Мазолино, которому понадобился помощник для выполнения больших заказов. Из Рима Мазаччо не вернулся. Внезапная смерть художника в столь молодом возрасте, ему было 28 лет, вызвала толки о том, что он был отравлен из зависти. Эту версию разделял и Вазари, но никаких доказательств ее. Как нет точной даты смерти Мазаччо. Джованни Беллини был младшим сыном Якопо Беллини, известного художника.

Большим художником стал и его старший брат — Джентиле. Точная дата его рождения неизвестна. Итальянский исследователь Мариолина Оливари считает, что это, скорее всего, — годы. Первым учителем Джованни, естественно, стал отец. Огромное влияние на него оказал знаменитый Андреа Мантенья, женившийся в году на сестре Беллини Николозии. Первыми произведениями молодого художника стали изображения Мадонны с Младенцем.

В дальнейшем Беллини напишет множество мадонн, очень простых, серьезных, не печальных и не улыбающихся, но всегда погруженных в ровную и важную задумчивость. Эта картина, к сожалению, не сохранилась. В шестидесятые годы для церкви Санта-Мария делла Карита Джованни исполнил четыре больших триптиха. Они были вскоре установлены на четырех фамильных алтарях, воздвигнутых между и годами. К семидесятым годам живописная манера Беллини меняется. Здесь уже нет линеарного и плоскостного понимания композиции, чисто символической трактовки цвета как светового знака божественной причастности.

Цветовые соотношения вполне конкретны, хотя и не утратили своей символической наполненности; объемы отличает упругая пластическая лепка; одухотворенностью и музыкальностью полны движения беллиниевских персонажей. В ранний период его рисунок еще отличается жесткостью.

С конца х годов, возможно, под впечатлением работ Антонелло да Мессина, посетившего Венецию, Джованни Беллини вводит в свои работы насыщенные светом и воздухом цветные тени. В искусстве Беллини намечаются черты перехода от раннего к Высокому Возрождению. Художник тонко улавливает портретное сходство, особенно юношеских и старческих лиц, стремится к красочной нарядности. Как это бывает с образами наших снов, созданные художником образы не утратили зримой и яркой полноты.

Воображение Беллини облекло их в краски и формы, напоминающие нам какие-то места, где воды были так же зеркальны, облака так же светлы и тонки, далекие горы так же волшебны и мрамор так же бел и прозрачен. Все это было, все это видано — хочется сказать при взгляде на картину Беллини, и мысль о Венеции неизменно овладевает душой.

Ибо Венеция сквозит из нее всюду. Венеция в разноцветных плитах террасы и в мраморе ограды и трона, Венеция в улыбке успокоенных вод, в этом прозрачном небе и в этом полете взгляда к линиям гор. Беллини принадлежит ряд ярких портретных произведений: Однако блеск шелка и изысканная вышивка приглушены суровым выражением худощавого лица.

Беллини отказался от профильной позы, преобладавшей в портретной живописи раннего Ренессанса: Венеция, как обычно, отставала от флорентийской моды, которая в то время уже ввела портреты, показывающие половину человеческой фигуры, включая руки.

Примером тому может служить созданная почти в этот же период "Мона Лиза". Беллини был и замечательным мастером пейзажа, оказавшим решающее воздействие на венецианских пейзажистов последующего поколения. Лонги писал о пейзажах Беллини: Она создана совместно с братом Джентиле. Хотя Беллини уже было около 75 лет, но он сохранил не только работоспособность, но и способность к творческому обновлению.

Знаменитый художник Альбрехт Дюрер, посетивший в то время Венецию, писал: И он сам приходил ко мне и просил, чтобы я ему что-нибудь сделал. Он же хорошо мне заплатит. Все говорят мне, какой это достойный человек, и я тоже к нему расположен.

Это было последнее завершенное произведение мастера. Художник получил признание благодаря тонкости и выразительности своего стиля. Ярко индивидуальной манере художника присущи музыкальность легких, трепетных линий, прозрачность холодных, изысканных красок, одушевленность ландшафта, прихотливая игра линейных ритмов.

Он всегда стремился влить душу в новые живописные формы. Подобно многим жителям этого района, его отец был дубильщиком. В году Мариано Филипепи указал, что у него четыре сына: Отец вскоре заметил его склонность к живописи и отдал в году Алессандро в обучение в мастерскую к известному в городе художнику Фра Филиппе Липпи.

Он покинул ее в году. Вероятно, уже в году Боттичелли можно считать самостоятельным художником, поскольку в кадастре того же года Мариано заявил, что сын его работает дома. Ко времени смерти отца Филипепи владели значительным имуществом. Он умер в октябре года, а уже в следующем году Сандро открыл собственную мастерскую.

Летом года Боттичелли пишет для Торгового суда картину с изображением аллегории Силы. Она принесла молодому художнику известность в городе. В году Сандро поступает в Гильдию Святого Луки.

Заказы Боттичелли получает главным образом во Флоренции. Его двор становится центром флорентийской культуры. Лоренцо — друг художников и поэтов, сам утонченный поэт и мыслитель, становится покровителем и заказчиком Боттичелли. Художник много пишет по заказам Лоренцо Медичи и его родственников. В году он расписывает по случаю турнира знамя для Джулиано Медичи.

Долгополов не скрывает своего восторга от этого произведения: Вас поразит русалочья лукавость, почти холодность прозрачного взора юной богини… В волшебной приветливости Весны — очарование природы, каждый год восстающей из мрака и хлада зимы, навстречу горячему солнцу.

Что-то призывно влекущее скрыто в гордой открытости этой белокурой девушки, усыпанной цветами. Глядя на свободно идущую высокую, стройную красавицу, невольно ощущаешь то странное и неожиданное чувство, которое возникает в жаркий майский полдень, когда внезапно вас настигает порыв холодного ветра, пахнущего сырой землей и талым снегом.

Испытующе смотрит на нас Флора. Она одна обращена к зрителю. Все происходящее на картине лишь ее окружение. И хотя в середине стоит Венера, это лишь дань регламенту, истинный центр композиции — Весна. Боттичелли создал чарующий, будто случайно увиденный момент из жизни Природы, когда его освещенные на картине фигуры походят на цветущий сад, когда деревья, повинуясь дуновению ветра, чуть-чуть шевелят ветвями, как бы кружась в неуловимом танце.

Начинается наиболее плодотворный период в творчестве Боттичелли. Судя по количеству его учеников и помощников, зарегистрированных в кадастре, в году мастерская Боттичелли пользовалась широким признанием.

В этом году он написал Святого Августина в церкви Оньисанти для Веспуччи, одной из самых знаменитых семей города, близкой Медичи. С года Боттичелли работал в Риме.

Для Сикстинской капеллы он пишет три фрески: В году художник вернулся во Флоренцию и больше не покидал. В том же году Лоренцо Великолепный заказал Боттичелли, среди других известных живописцев, выполнить цикл настенных росписей на своей вилле в Спедалетто около Вольтерры.

Дуновением Ветров раковину несет к берегу, где Венеру ожидает Нимфа. Образ Венеры — один из наиболее пленительных женских образов, созданных Боттичелли: Группа ангелов окружает богоматерь с младенцем, два из них возлагают корону на голову Марии.

Группа мастерски вписана в круг, так называемое тондо, форме которого вторят плавные изгибы фигур. В это же время художник пишет множество портретов, которые представляют собой точные характеристики моделей: В девяностые годы Флоренция переживает политические и социальные потрясения — изгнание Медичи, кратковременное правление Савонаролы с его обличительными религиозно-мистическими проповедями, направленными против папского престижа и богатого флорентийского патрициата.

Раздираемая противоречиями душа Боттичелли, чувствовавшая красоту мира, открытого Ренессансом, но боявшаяся ее греховности, не выдержала. В его искусстве начинают звучать мистические ноты, появляются нервозность и драматизм. Его правая рука с большой кистью и длинными нервными пальцами протянута к Марии, и Мария, словно слепая, словно в забытьи, протягивает навстречу ему руку.

Кажется, будто внутренние токи, невидимые, но ясно ощутимые, струятся от его руки к руке Марии и заставляют трепетать и изгибаться все ее тело. После смерти покровителя мастера Лоренцо Медичи и казни Савонаролы характер его окончательно изменился. Художник отказался не только от трактовки гуманистических тем, но и от свойственного ему ранее пластического языка.

Его последние картины отличаются аскетичностью и лаконизмом цветового решения. Произведения его проникнуты пессимизмом и безнадежностью. И вместе с этим как бы мужает сама живописная манера Боттичелли.

художник северного ренессанса подписывал свои картины знаком крылатая змея

В году художник выполнил последние из работ для Медичи, написав на вилле в Треббьо несколько произведений для боковой ветви этой семьи. В году семья Боттичелли, как показывает запись в кадастре, владела немалым имуществом: После года художник редко брал кисть в руки. Внимание мастера сосредоточено теперь на изображении чудесного видения, пространство же выполняет вспомогательную функцию.

Однако по неизвестным причинам эта поездка не состоялась. Хотя он был уже пожилым человеком и оставил живопись, с его мнением продолжали считаться. В году вместе с Джулиано да Сангалло, Козимо Росселли, Леонардо да Винчи и Филиппино Липпи Боттичелли участвовал в комиссии, которая должна была выбрать место для установки Давида, только что изваянного молодым Микеланджело.

Здесь мастера опирались на опыт Средневековья, достижения романского и готического искусства. По сути, это было Возрождение без античности и даже вопреки классической традиции. И действительно, дух Средневековья всегда ощутим в произведениях северных мастеров. Их истоки — монументальное величие подобных неприступным цитаделям романских церквей и невесомая красота устремленных ввысь вопреки всяким законам тяготения готических соборов.

Это не значит, что Север был равнодушен к античному наследию. Напротив, известно немало примеров, когда увлечение классической традицией перерастало в яркие художественные подъемы, которые, увы, вспыхнув, очень скоро сходили на. В пору готического искусства самые, пожалуй, поразительные произведения — скульптуры Марии и Елизаветы восточного портала собора в Реймсе — Они настолько совершенны и близки по духу и форме к классическим памятникам, что невольно хочется найти для них прямую аналогию в античном искусстве.

Но почти всегда они носят локальный характер. Многие из них можно назвать придворными ренессансами, поскольку главный импульс исходил зачастую от самого монарха, желавшего видеть свой двор центром науки и образования.

И, как следствие, утвердить авторитет великого правителя, обставив должным образом свое почитание. Однако все же невозможно отрицать, что искусство XV века в Нидерландах носило качественно новый характер.

Античность — только одна сторона Ренессанса как культурного явления. Другая — и не менее важная — совершенно новое видение и оценка окружающего мира, которое находит свое отражение в произведениях искусства.

художник северного ренессанса подписывал свои картины знаком крылатая змея

Открытие во всей полноте новизны и очарования, наполненное пытливым интересом и радостным духовным подъемом. В отличие от Италии, где деятельная работа творческой мысли охватила все виды искусства, включая архитектуру, скульптуру, монументальную и станковую живопись, на Севере значительные изменения происходят лишь в сфере живописи.

Точнее сказать, поначалу только в алтарной картине и портрете. Видение Бога царю Давиду. Лист из Часослова маршала Бусико. Музей Жакмар — Андре, Париж В живописи же качественно новые изменения происходят на всех уровнях: Знаменательным событием стало усовершенствование Яном ван Эйком техники масляной живописи. Новая техника открыла обширные возможности для северных художников. Цвет яркий, сочный, будто горящий внутренним свечением, наполняет картины нидерландских мастеров. Подобно застывшей эмали мерцают украшения на одеждах святых, солнечные блики играют на медной домашней утвари, отливают прохладным блеском на расцвеченной кобальтом керамической посуде.

Это настоящий праздник и радостный гимн цвету. Еще одна отличительная черта Северного Ренессанса заключена в том, что идеи гуманизма, ставшие основой Итальянского Возрождения, дают о себе знать на Севере сравнительно поздно. Порвав со средневековым спиритуализмом, итальянские мастера нашли опору в наследии античности.

Вдохновенные образы Высокого Возрождения в Италии наполнены красотой и созерцательным покоем великих памятников классического искусства. На Севере наследие Средневековья и религиозная мысль отнюдь не утратили своей актуальности. Экспрессивность, связанная с религиозным мистицизмом, линеарность и вытянутые пропорции, ломкие складки одежд, золотые фоны — эти атрибуты художественного языка Средневековья — лишь постепенно вымываются из северной живописи. Круг сюжетов картин северных мастеров продолжает оставаться церковным, равно как по-прежнему — неизменна и иконография.

Вплоть до Реформации доминирует не самостоятельная картина, а створчатый алтарь — сложная композиция, составленная из многих отдельных частей, где каждому изображению отведена определенная подчиненная роль в общем ритуальном повествовании. Но все же вера и здесь претерпевает некоторые изменения. Бог пребывает во всех вещах, даже в очень простых. Человек соприкасается с божественным не только в церкви или во время молитвы, но каждую минуту, созерцая окружающий мир.

Он самоценен, поскольку своим существованием прославляет деяния Творца. Руководствуясь такой философией, человек заново открывал для себя мир, во всей его полноте и гармонии.

Поэтому особенностью северного искусства на самом раннем этапе становится внимание к деталям в изображении природы и интерьера. Покой и красота — вот главные ценности Северного Возрождения.

художник северного ренессанса подписывал свои картины знаком крылатая змея

Дивные ландшафты на нидерландских картинах хочется рассматривать неустанно. Невозможно не любоваться лугами, поросшими цветами и зеленью, плавными линиями пологих холмов и неспешными изгибами рек, вьющимися вдаль, к линии горизонта. Интерьеры алтарных картин северных мастеров полны тщательно выписанными предметами быта, каждый из которых не только совершенен, но заключает в себе скрытый символический подтекст.

Картина на религиозную тему, будь то, например, сцена Благовещения или изображение Мадонны в интерьере, включает бытовые детали, привычные для обыкновенного горожанина в его повседневной жизни. Человек XV века не только восхищался красотой и совершенством рисунка, чистотой и звонкостью красок, но и мог считывать символическое значение, заключенное в изображении каждого предмета.

Рукомойник с прозрачной водой и висящее рядом белоснежное полотенце напоминали о чистоте и непорочности Девы Марии. То же означает и ветка с цветами лилии в расписанном кобальтом керамическом кувшине. Примеров можно привести немало, и все они свидетельствует: Портрет Маргариты ван Эйк. Мадонна с младенцем у камина. Лондон Истоки нового искусства Нидерландов, Франции и отчасти Германии — общие. Еще в XIV веке при дворах королей и крупных феодалов происходит расцвет искусства книжной миниатюры.

Молитвенники, часословы, исторические хроники и переводы античных авторов пышно украшаются иллюстрациями. Иллюминированные рукописи предоставляли художнику большую свободу в выборе тем, чем церковные картины. Особенно в этом плане интересны циклы календарных миниатюр, где каждому времени года соответствовали картины различных придворных развлечений или крестьянских трудов.

В календарях впервые заявляет о себе новый образ природы. Появляются многочисленные мотивы, которые потом будут использовать художники XV века: Надо сказать, что развитие северного искусства происходило неравномерно.

Прекрасные памятники, дышащие свежестью и новизной художественной формы, могли быть лишь всплеском творчества одного-единственного мастера и не повлечь за собой существенных изменений в традиционной канве религиозного искусства. Такова судьба великолепного скульптора Клауса Слютера. Для монастыря Шанмоль близ Дижона он выполнил две большие работы: Этот массивный шестигранник, окруженный фигурами стоящих пророков, служил когда-то основанием для большого Распятия.

Скульптуры пророков по сторонам массивного колодца являют собой символ религиозного горения и духовной мощи. Под широкими свободными складками одежд чувствуются умело очерченные тела.

К великому обновлению на Севере первыми пробудились Нидерланды, пережив небывалый художественный расцвет в XV веке. Сменяют друг друга ярчайшие мастера, создавая произведения, слава которых эхом отзывается в других странах Европы. Что удивительно, живопись Нидерландов этого времени, при всем многообразии оттенков дарования художников, отличается небывалой целостностью и единством идеи.

Смысл этого последовательного развития заключается в постепенном овладении предельной точностью и правдоподобностью в передаче натуры. Показательно, что сначала художники осваивают в совершенстве умение достоверного изображения предметов и лишь потом уделяют должное внимание пространственным проблемам и перспективе.

Гентский алтарь Ван Эйка — самое замечательное свидетельство расцвета искусства Нидерландов. Это произведение носит универсальный характер, являя картину мира небесного и земного в неповторимой гармонии и красоте форм. По сути, в нем аккумулированы все открытия и новшества северного искусства, которые потом определят развитие живописи на многие десятилетия. Здесь есть прекрасные пейзажи, правдивые портреты, тихие домашние интерьеры и блистательные изображения Спасителя.

Под его кистью разрозненные, казалось бы, картины створчатого алтаря обретают единство и замысла, и художественного воплощения. Отдельная сфера творчества Ван Эйка — портрет. Еще не претендуя на глубокую психологическую характеристику своей модели, великий мастер чрезвычайно точно передает особенности внешности человека.

Его младший современник Рогир ван Вейден посетил Италию, однако это путешествие нисколько не сказалось на его стиле. Наоборот, он возвращается почти что триумфатором, настолько сильно итальянцы были поражены совершенством северной манеры письма. Самодостаточная независимость нидерландского искусства от Италии сохранится вплоть до конца XV века. Что касается Рогира, его живопись в сравнении с картинами Ван Эйка лишена безмятежной созерцательности. В его работах проступает сильное религиозное начало, приемы реалистичного изображения формы он подчиняет эмоциональным переживаниям.

В Брюсселе под руководством Рогира работала большая мастерская. Его картины, известные во всей Европе, особенное значение имели для Германии.

Тип рогировской Мадонны с характерным овальным ликом можно встретить на многих картинах и гравюрах немецких художников. Предметный мир и мир эмоциональный до поры сосуществовали рядом, переплетясь воедино лишь во второй половине XV века в работах Хуго ван дер Гуса. Индивидуальность его таланта — в умении изобразить совсем особый мир, где доминируют резкая смена настроения и порывистые движения В его алтарных картинах есть место для возвышенных ангельских образов и реалистичных изображений крестьянских типажей, необычайно жизненных и вместе с тем одухотворенных.

Ван дер Гус делает шаг вперед, обогащая религиозные картины непосредственными переживаниями простых людей. Тем самым он расширяет рамки церковной картины, сближая небесное и земное не на уровне бытовых символов, а при помощи эмоциональных переживаний.

Глядя на его картины, начинаешь понимать, откуда берет свои истоки необычное дарование Босха и бытописание Питера Брейгеля Старшего. Национальная галерея, Лондон Стефан Лохнер. Мадонна я беседке из роз. Такие крупные художники, как Ганс Мемлинг и Герард Давид, возглавляли большие мастерские.

Вокруг них начинают объединяться многочисленные анонимные художники, которые тиражируют наиболее удачные композиции ведущих живописцев. Этот процесс был стихийным и длительным. Даже в середине XVI века встречаются узнаваемые композиционные схемы и художественные приемы.

Тем ярче на фоне творчества консервативных мастеров выделяются ни с чем не сопоставимые работы Босха. Картины Босха похожи на мистическую арену, где ведут вековую борьбу силы Добра и Зла. По своему мировосприятию они часто бывают созвучны средневековому мышлению. Здесь тоже доминирует язык аллегорий и символов, а во главу угла ставится моральное нравоучение.

Только у него иносказания обращаются к народному фольклору и суевериям, наполненным потайными страхами и ужасными фантазиями. В то же время достижения Босха в области пейзажа и бытовых наблюдений важны для формирования жанровой живописи XVI века. В этом его роль созвучна с деятельностью Питера Брейгеля Старшего. Искусство Нидерландов как законченное и целостное явление оказало огромное влияние на немецкую живопись.

XV век для Германии — это эпоха створчатых алтарей. Большие и малые складни, разнообразные по иконографии и композиции, буквально наводняют церкви. В одном интерьере большого собора могло быть до сорока алтарей! В такой ситуации искусство как бы оказывалось в заложниках у церковной картины. Однако в отдельных крупных городах намечаются качественные изменения в живописи и скульптуре. Так, в Кёльне в первой половине XV века работал талантливый живописец Стефан Лохнер, по легенде, состязавшийся в мастерстве с самим Ван Эйком; в Ульме в середине столетня — Ганс Мульчер, мастерски владевший формой.

Во второй половине XV века привлекают внимание Михаэль Пахер, чья живопись отличается натурализмом и сложными ракурсами, и Мартин Шонгауэр, прославленный гравер из Кольмара, автор многих композиций, ставших позднее классическими. Все произведения этого периода отмечены поистине классической ясностью и идеальной законченностью образов. Причем к художественным процессам подключаются гуманистическая мысль и религиозное обновление Реформации.

Во Франции значительную роль играла книжная миниатюра. Рукописная книга с красочными иллюстрациями была неотъемлемой частью досуга монарха и его придворных лиц, причем личность заказчика играла для французского искусства решающую роль. Ярчайший тому пример — Франциск I, пригласивший в страну целую плеяду знаменитых итальянских мастеров, и даже самого Леонардо.

Искусство итальянского маньеризма, попав на французскую почву, получило творческое развитие. В сравнении с Высоким Ренессансом маньеризм был кризисом, но для Франции он открыл новые художественные возможности. В поисках работы и выгодных заказов мастера путешествуют, оседая при дворах французских королей или же крупных феодалов.

Так складывается искусство франко-фламандского круга, где французское и нидерландское начала тесно переплетены друг с другом. Причем основная роль в творчестве художников того времени принадлежит книжной миниатюре и створчатому алтарю, хотя в ранний период искусство книжной миниатюры развивается все же гораздо быстрее и плодотворнее, чем живопись на досках. Главная особенность франко-фламандской миниатюры XIV века — отказ от золотого или нейтрального фона.

Вместо него листы рукописных книг украшают прекрасные лирические пейзажи, написанные яркими чистыми красками. Музей Конде, Шантийи Франция Книжная миниатюра Иллюминированная рукопись — важнейший предмет обихода просвещенного феодала.

Религиозные и светские книги, украшенные иллюстрациями в полный лист, представляли собой настоящие произведения искусства. В миниатюрах рукописей XIV века впервые намечается переход от плоскостного изображения к пространству и объему. Прежде всего, этот процесс ощутим на примере пейзажа, который под умелой рукой живописца приобретает характер реального места действия. В результате фигуры становятся объемными, в ландшафте же ощутима слитность переднего и заднего планов. Неточности в передаче перспективных сокращений окупаются чистотой цвета и жизненностью образов.

Со временем обретя самостоятельное значение, книжная миниатюра в конце XIV века оказала существенное влияние на станковую живопись. Миниатюра из Псалтыри герцога Беррийского. Национальная библиотека, Париж Одним из самых одаренных мастеров франко-фламандского круга был Жакмар де Эсден.

Ему приписывают различные неравнозначные по уровню исполнения произведения, среди которых выделяется часослов, выполненный для знаменитого мецената герцога Беррийского. Эта миниатюра иллюстрирует Псалом 52,5: В одной руке он держит шутовскую колотушку, а другой подносит ко рту хлеб.

художник северного ренессанса подписывал свои картины знаком крылатая змея

Миниатюра была исполнена Жакмаром в ранний период творчества, поэтому здесь преобладает еще орнаментально-символическая трактовка пейзажа как фона, позднее мастер откажется от такого подхода и обратится к изображению реального пейзажа.

В миниатюрах этого часослова проявляется тонкое, поэтическое восприятие мира. Фантастические мотивы сочетаются с впечатлениями, навеянными реальной земной природой. Огромное восходящее солнце занимает почти все небо.

Оно явлено здесь как знак, своеобразный символ эпохи Нового Завета, который художник повторяет из иллюстрации в иллюстрацию. Заметно стремление мастера наполнить пейзаж событийными подробностями: Лист из часослова маршала Бусико. Ренессансное и средневековое гармонично сочетается в их миниатюрах, являя новую неповторимую и прекрасную картину мира.

Единое, гармоничное пространство с плавными переходами от переднего плана к заднему и знание законов перспективы — одно из главных новаторств Лимбургов. Яркие краски, любовь к детали, декоративность — это было и у их предшественников, но теперь как знак нового в искусстве исчезает плоскостность композиции, появляется пространственная глубина.

60. Этот художник Северного Ренессанса подписывал свои картины знаком «крылатая змея» (дракон).

Рано осиротев, они отправляются учиться ювелирному делу в Париж. Очевидно, в этом братьям помог их дядя Жан Малуэль, известный художник при дворе Филиппа Бургундского.

Несомненно, Париж был в то время богатым художественным центром, где зарождались многие новые тенденции в искусстве, и обучение там стало важным этапом в жизни Лимбургов. Эпидемия чумы года вынудила их покинуть Париж. Сначала они работали при бургундском дворе, а после смерти Филиппа перешли на службу к его брату — герцогу Беррийскому, крупнейшему собирателю и меценату своего времени, для которого уже давно выполняли отдельные заказы.

Здесь они создают три великолепные рукописи. Шантийи Франция На фоне запорошенного снегом зимнего пейзажа изображен крестьянский двор с домом, загоном для овец и пасекой. Самая трогательная, пожалуй, и самая знаменитая деталь этой миниатюры — крестьяне, греющиеся у огня в небольшой хижине с нехитрым убранством. Многие иллюстрации часослова отличает наблюдательность к деталям повседневной жизни крестьян, в этом их характерная особенность и прелесть.

Морозная атмосфера зимнего месяца будто соткана из продуманно чередующихся переливов холодных цветов: Каждая миниатюра календаря завершается вверху полукругом с календарем и знаками зодиака. Здесь — Водолей и Рыбы. Часослов начинался календарем с миниатюрами, изображающим традиционные для каждого месяца работы или празднества, и знаки зодиака. Далее следовал набор библейских чтений и молитв, совершавшихся в определенные часы дня.

Им не удалось закончить все иллюстрации: Завершил рукопись французский художник-миниатюрист Жан Коломб во второй половине х годов XV века. Музей Конде, Шантийи Франция Миниатюры, посвященные светским праздникам и развлечениям, наполнены духом куртуазности и подробностями придворного быта. Роскошные костюмы и головные уборы, упряжки лошадей — богатое поле для раскрытия колористических талантов художников.

На иллюстрации к месяцу апрелю изображена сцена обручения: Рядом подруги невесты собирают ранние цветы на лугу. Все в миниатюре дышит радостью и восторгом — это гимн беззаботной молодости и весеннему обновлению природы. Характерная особенность иллюстраций — замок на заднем плане. Иногда это может быть реальная архитектурная постройка, как, например, изображение Луврского дворца в миниатюре к октябрю. Створчатый алтарь Возрождение на Севере затронуло и живопись, причем живопись религиозную.

Еще в готическую пору, в XIV веке, складывается тип алтаря, который был наиболее удобен для литургии. Его главная особенность — подвижные створки, которые навешивались по сторонам от центральной картины или короба с деревянной скульптурой. В зависимости от того или иного церковного праздника расписанные с обеих сторон створки можно было открывать или закрывать, меняя картины в соответствии с темой богослужения.

Большую часть времени такой алтарь стоял закрытым. На его внешней, более скромной, будничной стороне изображались фигуры святых или, например, сцена Благовещения — как символ начала евангельской истории. Поводом для открытия алтаря мог быть большой церковный праздник или день памяти патрона — покровителя храма. Тогда верующим открывались торжественные и красочные картины праздничной стороны, богато украшенной золотом и тончайшей замысловатой деревянной резьбой.

Встреча Марии и Елизаветы. Городской музеи изящных искусств, Дижон Франция Радостная и звучная живопись створок близка по манере исполнения к миниатюрной живописи. Брудерлам изобретательно использует замысловатые архитектурные постройки, чтобы добиться целостного восприятия всей череды сцен, которые, сменяя друг друга, складываются в стройное повествование. Средневековый принцип, когда в одной картине изображалось несколько обособленных библейских событий, у Брудерлама сохраняется.

Однако ему удается преодолеть механическую многосоставность ранних памятников. Его рассказ подчинен логике и ритму, красочные сюжеты в интерьере чередуются с лирическими картинами природы.

Со временем складни стали очень большими. В раскрытом виде они могли достигать в ширину более трех метров. В створчатом алтаре, как уже говорилось, могли сочетаться резная скульптура и живописные створки.

Таков чудесный складень, исполненный по заказу Филиппа Смелого для аббатства Шанмоль близ Дижона, где мастер франко-фламандского круга Мельхиор Брудерлам расписал створки, а резчик из Нидерландов Жак де Барзе виртуозно исполнил резную скульптуру для внутренней части алтаря. Работая в технике масляной живописи, нидерландские мастера добиваются поразительной чистоты цвета и ошеломляющей точности в передаче фактуры реальных предметов. Сам факт открытия масляных красок долгое время приписывался Яну ван Эйку, который на самом деле лишь усовершенствовал новую живописную технику.

В это время тематика большинства картин продолжает оставаться религиозной, однако створчатый алтарь из разрозненных картин превращается в слюнное произведение. Затем как самостоятельный жанр выделяются сначала портрет, а потом пейзаж и картины на бытовую тему. Изобразительные приемы, открытые нидерландскими мастерами, пережили не только эпоху Возрождения, но и шагнули далеко за рамки страны, оказав влияние на искусство соседней Германии и даже Италии.

Робер Кампен Флемальский мастер Предшественником великих Яна ван Эйка и Рогира ван дер Вейдена был таинственный Робер Камней, чья фигура — одна из самых занимательных искусствоведческих загадок.

Еще в XIX веке исследователям удалось выделить группу картин, близких друг другу по стилю. Было ясно, что художник, исполнивший произведения столь высокого качества, сыграл значительную роль в формировании нидерландского искусства.

Однако ответить на все вопросы, связанные с авторством картин, удалось не. Сначала художника стали называть Флемальским мастером, ошибочно предположив, что он родом из Флемаля — местечка близ Льежа. Позднее его личность соотнесли с Робером Кампеном ок. Творчество Робера Кампена приходится на первую четверть XV века. Его искусство продолжает быть преимущественно церковным: Но осмысление религиозных тем становится иным. Робер Камней сочетает небесное и земное, помещая Деву Марию и святых в интерьер бюргерского дома XV века, в особую домашнюю атмосферу, где горящий камин, опрятная мебель, спокойный городской пейзаж за окном создают ауру уюта и спокойствия.

Хотя художник еще не владел последовательно приемами линейной перспективы, он виртуозно работал с освещением, был внимателен к тому, как падает свет, как ложится тень от предмета.

В пристальном интересе к объекту изображения, в желании мастера передать его подлинную фактуру и верный объем чувствуется любопытство первооткрывателя нового живописного мира. Кампен писал маслом, и хотя в полной мере эта новая для XV века техника будет реализована уже его младшим современником Яном ван Эйком, художник создал необычайно красивые цветовые эффекты.

Мадонна с Младенцем у камина. Государственный Эрмитаж, Санкт-Петербург Створки диптиха сохранили оригинальную декоративную раму с золотым геометрическим орнаментом по красному фону.

Это яркое обрамление контрастирует с приглушенной живописной гаммой прохладных тонов. На левой створке — изображение Троицы: Бог Отец держит на руках мертвого Христа, у плеча которого парит голубь — Святой Дух. Смерть Спасителя стала искупительной жертвой, и на смену Ветхому Завету пришел Новый. Об этом событии символически напоминают скульптурные фигурки на подлокотниках трона Бога Отца: Санкт-Петербург На правой створке изображена, казалось бы, обыкновенная сцена из домашнего быта — мать с ребенком у очага.

Особенно трогательно, что Мария греет руку у камина, прежде чем прикоснуться к Младенцу. Помещая изображение Мадонны с Младенцем в атмосферу повседневного.

Робер Камней создаст у молящегося неповторимое ощущение сопричастности происходящему, будто его мирской дом тоже может осенить своим присутствием Дева Мария. И вместе с тем в картине многое выходит за рамки тихого уютного интерьера — зрителю явлен мир идеальный в своем совершенстве и простоте, наполненный скрытой символикой бытовых предметов.

Бытовая символика в религиозной картине Художники Северного Возрождения переносят религиозную картину в реальный, привычный для человека XV века мир. Это может быть интерьер комнаты или городской пейзаж, открывающийся из окна, с традиционными средневековыми домами под остроконечными крышами или шпилями готических соборов на заднем плане. За каждым предметом повседневного обихода, таким простым и понятным, скрывается другое, символическое значение, хорошо знакомое благочестивому верующему XV века.

Так, рукомойник, наполненный прозрачной водой, и белоснежное полотенце рядом — неизменные атрибуты Благовещения — напоминают о чистоте Девы Марии и таинстве непорочного зачатия. То же означает и ветка лилии в руке архангела Гавриила или просто на столе в расписанном кобальтом кувшине, какие наверняка были почти в каждом доме. Неслучайны и подсвечник со свечой: Скрытый комментарий можно найти и на подлокотниках резных кресел или в архитектурном обрамлении.

Это могут быть, например, фигурки львов, так как верили, что львица рождает детенышей мертвыми и лишь через три дня возрождает их своим рычанием к жизни. В ее текстах отразились раннехристианские представления о символическом значении того или иного существа.

Так, согласно этой книге, в истории со львами люди того времени видели напоминание о смерти Спасителя на Голгофе и Его воскресении по истечении трех дней.

Метрополитен-музей, Нью-Йорк Центр триптиха — сцена Благовещении. К читающей Мадонне приближается архангел Гавриил, готовый сообщить благую весть. В луче света, проходящем через круглое окошко, видна фигурка Младенца Христа с Распятием, устремленная к Деве Марии.

Атмосфера картины наполнена теплом и уютом домашнего интерьера. Каждый предмет выписан с такой тщательностью и вниманием к мельчайшим деталям, что невольно возникает ощущение его особого неповторимого значения для раскрытия сакрального смысла религиозной картины.

Это один из первых примеров в нидерландской живописи, когда сцена Благовещения перенесена в обстановку мирского жилища. На боковых створках изображены портреты заказчиков алтаря и Св. Иосиф, плотничающий в своей мастерской. Самостоятельные изображения Иосифа очень редки в истории искусства, а здесь ему отведена створка целиком.

Столярные инструменты, гвозди, клещи могут напоминать о крестных муках Спасителя, как атрибуты Страстей Господних. Святой Иосиф мастерит мышеловки, и это неслучайно: Иными словами, не только иллюзорный мир религиозной картинки, но и реальный окружающий мир свидетельствовал верующему человеку XV века о событиях евангельской истории, являя непрестанно свои знаки и символы через простые и привычные предметы.

Ян ван Эйк Ян ван Эйк родился неподалеку от Маастрихта в небольшом городке Маасейк между и годами. Сведений о раннем творчестве художника до нас почти не дошло. Однако к году он был уже достаточно известным мастером при дворе голландского графа Иоанна Баварского.

Смерть покровителя вынуждает Ван Эйка искать новую работу. В году он переезжает в Лилль, где становится придворным живописцем бургундского герцога Филиппа Доброго. На этой службе художнику довелось попутешествовать. Вместе с дипломатической миссией он отправляется вести переговоры о женитьбе герцога сначала в Испанию, затем в Португалию.

Там миссия наконец увенчалась успехом, и инфанта Изабелла Португальская стала невестой Филиппа. Известно, что Ван Эйк написал портрет инфанты, который, увы, не сохранился. Дрезден Небольшой домашний алтарь примечателен тем, что был подписан и датирован самим мастером. На раме центральной картины по-латински написано: В последних словах звучат одновременно смирение и гордость художника своей мастерски исполненной работой.

К теме изображения Мадонны в интерьере церкви Ван Эйк обращался много. Это трогательные, камерные, предназначенные для домашнего поклонения образы, написанные тонко, с особым тщанием и любовью, часто в технике миниатюры, мельчайшими, виртуозными мазками. Образ Мадонны, который Ван Эйк создает в своих произведениях, исполнен чистоты и обаяния юности. Дева Мария трогательна в своей хрупкости и миловидной простоте.

Впечатления от долгого путешествия, природа Испании, колорит южной культуры, несомненно, оказали влияние на живопись Ван Эйка, особенно на его палитру. Отголоски впечатлений от путешествия чувствуются в яркой насыщенной цветовой гамме и пейзажах картин знаменитого Готского алтаря. Возвратившись в Нидерланды в году, мастер уже не предпринимал дальних путешествий. Большую часть жизни Ян ван Эйк прожил в Брюгге, где в году скончался и был похоронен в церкви Святого Доната.

Гентский шедевр Йодокус Вейдт, один из влиятельнейших II богатейших людей Гента, пожелал украсить свою фамильную капеллу в церкви Св. Иоанна так первоначально назывался собор Св. Бавона большим живописным алтарем. В году Ян ван Эйк исполнил этот алтарь, получивший позднее название Гентского и ставший одним из самых прекрасных шедевров мирового изобразительного искусства.

Судя по надписи на раме, работ над алтарем Ян начинал вместе со своим братом Губертом. Долгое время искусствоведы старались определить, какова роль каждого из братьев в его создании. Сейчас принято считать, что Губерт лишь начал работу и что почти целиком ее выполнил Ян. Генте кий алтарь представлял собой большой деревянный складень, резное обрамление которого, к сожалению, утрачено. Ошеломителен живописный контраст между будничной и праздничной сторонами алтаря. В закрытом виде живопись створок, исполненная почти монохромно, завораживает зрителя тончайшими нюансами цветовых сочетаний, выверенной ритмикой композиции и каким-то особым неземным ощущением покоя, создавать который умел, пожалуй, только гений Ван Эйка.

Когда же алтарь открыт, спокойная созерцательность сменяется ощущением красочного праздника: С равнозначным вниманием и любовью художник живописует мир природы, подчеркивая индивидуальность каждого растения, будь то ландыши, маргаритки, розовые кусты или виноградная лоза. И столь же трепетно он передает детали предметного мира — фактуру ткани, блеск драгоценных камней, мерцающее бликами золото.

Уже сразу после своего создания Гентский алтарь стал знаменитым. Его копировали и восхваляли. Так, например, известно, что великий Дюрер отмечал высокое мастерство его исполнения.

Северное Возрождение (fb2) | КулЛиб - Классная библиотека! Скачать книги бесплатно

Было время, когда створки с Адамом и Евой заменили копиями, где их изобразили в кожаных передниках, поскольку набожный австрийский император Иосиф II, посетивший собор Св. Бавона в году, не смог стерпеть нецеломудренной наготы прародителей. К счастью, позднее подлинные створки были возвращены на свое изначальное место.

А вот крайняя нижняя створка в правом нижнем ряду, к сожалению, была похищена в году и ныне заменена копией. Иоанн Креститель был на тот момент патроном церкви, а Иоанну Богослову была посвящена капелла, для которой предназначался алтарь.

Ярусом выше изображена сцена Благовещения, которая отмечает начало евангельской истории. Просторный интерьер, куда помещены фигуры архангела и Девы Марии, лишен какой-либо обстановки за исключением рукомойника и белого полотенца — традиционных символов непорочности Мадонны. Из арочного окна открывается вид на тихую улочку средневекового города. Композицию завершают изображение ветхозаветных пророков и пророчиц, чьи фигуры в сложных ракурсах умело вписаны в арочное пространство. Бавона, Рент Бельгия Композиция алтаря в раскрытом виде разделена на два яруса.

Вверху на богатом троне в пурпурных одеяниях и панской тиаре восседает Христос — владыка и грозный Судия. Эти три фигуры составляют центр композиции, они монументальны и величественны, драпировки их одежд, ложащиеся широкими и тяжелыми складками, создают объем и иллюзорную глубину пространства.

Музицирующие и поющие ангелы продолжают композицию, а завершают ее фигуры прародителей — Адама и Евы. В нижнем ярусе изображена сцена Поклонения агнцу. На алтаре в окружении ангелов стоит жертвенный агнец — символический прообраз Спасителя. Перед ним фонтан с живой водой, вечный источник жизни. Слева — языческие философы, ветхозаветные пророки и мудрецы, среди них Вергилий и Данте.

Справа — персонажи Нового Завета: Кажется, будто церковь небесная и земная слились в едином молитвенном преклонении, созерцая открывшееся пред ними мистическое видение. Небесное и земное Небесное и земное вступают в диалог не только на уровне проникновения атрибутов повседневности и городских мотивов в религиозные картины.

Заметно возрастает значение донатора, лица, заказавшего алтарный образ. Ранее его скромная фигурка, несоизмеримо малая в три-четыре раза меньше, чем фигура святоготерялась среди пышных одежд небесного покровителя. Теперь же ситуация целиком меняется: Причем роль этого человека в обществе, его мирское занятие, уровень благосостояния подчеркивается богатыми одеяниями, атрибутами профессии и, конечно же, портретностью изображения.

Образ заказчика становится конкретным, ярким, интересным своим психологизмом. Реальный земной человек оказывается в идеальном мире алтарной картины и становится подлинным свидетелем мистического видения.

Мадонна каноника Ван дер Пале. Донациана в Брюгге по заказу Георгия ван дер Пале, каноника этого собора.

Мадонна восседает на троне в хоре романской церкви. Ее одежды красивыми рельефными складками спускаются на ступени, покрытые узорчатым ковром. Перед Марией предстоят Св. Донациан, небесный покровитель собора, и Св. Георгин, патрон каноника, который указующим жестом представляет его Мадонне. Ван Эйк выступает в этой картине как виртуозный колорист. Многочисленные солнечные блики отражаются в блестящих доспехах Св. Георгия и играют на золотом шитье одежд Св. Лувр, Париж На картине изображен бургундский канцлер Николас Ролен, один из влиятельнейших и богатейших людей при дворе Филиппа Доброго, известный не только как умный политик, но и как щедрый меценат.

Коленопреклоненный канцлер предстоит в молении перед Мадонной и благословляющим его Младенцем. Взгляд зрителя постепенно переходит от фигур донатора и Марии на переднем плане к небольшому цветущему садню и, далее, к городскому пейзажу. Извилистая река устремляется вдаль, к самому горизонту, а перекинутый через нее арочный мост соединяет холмистые берега, на которых раскинулся средневековый город.

Многие искусствоведы тщетно пытались отождествить пейзаж с реальным городом, угадывая в нем то Льеж, то Утрехт. Ван Эйк написал здесь образ идеального города.